50def5db     

Пьецух Вячеслав - Памяти Кампанеллы



Вячеслав Пьецух
Памяти Кампанеллы
В старые времена, когда нешуточным делом было разжиться гаечным ключом
десять на двенадцать и следовало ждать неприятностей за политический
анекдот, в нашей лаборатории как-то вплотную подошли к синтезу жировой
клетки, однако работы уперлись в дефенолантрацетную кислоту. То есть никак
мы не могли раздобыть эту самую кислоту, которая вообще употребляется для
обработки промежуточных материалов, хотя ее и нужно-то было - литр; и в
министерстве мы все пороги пообивали, и справлялись по
научно-исследовательским институтам, и на военных заводах искали, и даже
пытались заказать ее в Йельском университете, но все наши усилия, как
говорится, ушли в песок. Наконец узнаем стороной, что есть такой заштатный
городок Мордасов, Сердобского района, Пензенской области, а в нем
существует заводец, который, в частности, производит дефенолантрацетную
кислоту. Я потом вспомнил, что названный городок фигурирует у Федора
Достоевского то ли в "Дядюшкином сне", то ли еще где-то, а впрочем, это
обстоятельство никак не отразилось на ходе дел.
Разумеется, в Мордасов послали меня, поскольку у Загадкина безнадежно
болела теща, Комиссаровой нужно было срочно делать аборт, а Воробьев как
нарочно ждал родню из Курган-Тюбе. С грехом пополам достал я билет по
райкомовской брони, собрал свой клетчатый командировочный чемодан,
запихнул в авоську вареную курицу, с полдюжины яиц, банку судака в
томатном соусе, на которого потом облизывалось все купе, и отправился к
месту назначения фирменным экспрессом. Дорогой ничего интересного не
случилось; как я забрался на верхнюю полку с книгой в руках, так и читал
все время; читал я, кстати заметить, "Город солнца" Томмазо Кампанеллы,
хотя велел жене положить в чемодан "Розу ветров", которая ходила тогда в
машинописном виде по цене десять целковых за экземпляр. Впрочем, нет: на
одной станции я вышел проветриться и немного потолковал с подгулявшим
пассажиром, видимо, тоже из командированных; он ко мне ни с того ни с сего
подходит и говорит:
- Погода шепчет: выпей и удавись!
Климат наш в тот день действительно распоясался: не то чтобы с неба, а
как-то сбоку сыпал колючий, мелкий-премелкий снег, подгоняемый сырым
ветром, под ногами хлюпало, сосульки слезоточили, ко всему противно пахло
угольной пылью и как будто кирзовым сапогом.
- Хоть я и не еврей, - в свою очередь говорю я, - но если и в Пензе
такая погода, то я с вами за компанию удавлюсь.
Пассажир спрашивает:
- Вы, собственно, до Пензы?
- Я, - отвечаю, - собственно, до Мордасова; есть такой населенный
пункт.
- Гм!.. - последовало в ответ.
- Доводилось бывать?..
- Даже не знаю, что вам сказать на это: и да и нет...
Вроде бы ничего стоящего внимания не содержал в себе наш мимолетный,
необязательный разговор, однако же осталось от него на душе что-то
нехорошее, настораживающее, отчасти даже предвещающее беду. Но вскоре это
наваждение растаяло без следа, поскольку я снова забрался на свою полку и
взялся за "Город солнца", вместо того чтобы упиваться "Розой ветров" ценою
десять целковых за экземпляр. Временами я засматривался в окошко, за
которым бежали бесконечные сараи, заборы да провода, и, так как нам тогда
не полагалось ничего экзотичнее поездки на Сахалин, то я с тоской
размышлял о том, что род людской прозябает на довольно скучной планете,
что весь-то наш подлунный мир - все сараи, заборы да провода.
Прибыв в Пензу, я не задержался, а тут же на вокзале сел в электричку и
поехал себе в Сердобс



Назад