50def5db     

Пьецух Вячеслав - Мужчины Вышли Покурить



Вячеслав Пьецух
Мужчины вышли покурить...
Мужчины вышли покурить сразу после того, как тетя Маша завела дедовский
патефон (Энерготрест аккуратно отключал в поселке электричество после пяти
часов вечера из-за повальных неплатежей) и женский пол нацелился
танцевать; Зина Попова схватилась с Анной Жмыховой, Галина Прическина (*2)
с Верой Сидоровой, тетя Маша танцевала сама с собой. Курить мужчины
устроились на новой веранде, только что пристроенной Николаем Прическиным
к своему дому по улице Бебеля, N_8 (*3), еще пахнувшей свежим деревом и
как будто маринованным чесноком. Выпили к тому времени предостаточно,
можно сказать, даже и чересчур, да еще хозяин прихватил с собой на веранду
четвертную бутыль свекольного самогона, и поэтому между мужчинами сразу
завязался взбалмошный разговор.
Начал его парикмахер Попов, беженец из Баку, недавно осевший в поселке
и оттого искавший расположения старожилов.
- Вот в данном климатическом поясе, - сказал он, - уже заморозки
случаются по утрам, а, например, в Ленинакане сейчас хоть из дому не
выходи, - такая стоит жара. Я вообще много где побывал, и в Ленинакане, и
в Гурьеве, и в Дербенте, и в Красноводске, и даже в Улан-Удэ (*4).
- Подумаешь, в Улан-Удэ он бывал... - сказал Сидоров с желчью в голосе.
- У нас вон Колька Прическин в Париж ездил, и то молчит!
- Как?! - изумился Попов. - Неужели ты, Николай, действительно был в
Париже?
Прическин ему в ответ:
- Даже не знаю, как и сказать. С одной стороны, я точно был в Париже от
профсоюза железнодорожников, а с другой стороны, я в Париже, можно
сказать, что не был (*5). Ты понимаешь, привезли нас, то есть делегацию
победителей социалистического соревнования, на однодневную экскурсию в
Париж, поселили в гостинице и сразу повели осматривать кладбище Пер-Лашез.
Это сейчас за границей все первым делом разбегаются по магазинам, а тогда
нас как советских людей, наследников славы парижских коммунаров, первым
делом повели на кладбище Пер-Лашез. Ну, гуляем мы между надгробиями, и
вдруг в нашей делегации открывается недочет: исчез председатель
житомирского горкома профсоюзов, как сквозь землю провалился, нету его и
нет. Собрали нас всех как раз у Стены Коммунаров, велели ни под каким
видом не двигаться с места и стали его искать. Так мы и просидели на
кладбище дотемна, а утром назад в Москву. Но вообще Пер-Лашез произвел на
нас потрясающее впечатление: везде прибрано, памятники богатые, кресты у
них в голубое не красят, - ну, одним словом, отсталая мы страна!..
- Кстати, о покойниках, - вступил Жмыхов. - На прошлой неделе в районе
хоронили одного незаурядного мужика. Раньше он жил в Москве и был
председателем отделения ДОСААФ. Потом его посадили, и после освобождения
он переехал на жительство в наш район. Характерна история этой его
посадки... Вдруг, елки зеленые (*6), открывается, что в одном детском
садике постоянно воруют мясо. В этот садик ходила дочка одного капитана
милиции, а то, конечно, никто бы не вздрогнул на этот счет. Целый год
бились органы в поисках вора, засады устраивали, даже метили мясо
изотопами, - все впустую! Нашли вора только после того, как в этом детском
садике произошло массовое отравление сальмонеллезом: пострадали семьдесят
ребятишек, три воспитательницы, одна работница пищеблока и - елки зеленые
- этот самый председатель отделения ДОСААФ... (*7)
- Кстати, о местах лишения свободы, - сказал Сидоров и залпом выпил
стакан свекольного самогона. - Я когда отбывал наказание под Ухтой,
отправил



Назад