50def5db     

Пушкин Александр Сергеевич - Арап Петра Великого



А.С. Пушкин
Полное собрание сочинений с критикой
АРАП ПЕТРА ВЕЛИКОГО
Железной волею Петра
Преображенная Россия.
Н. Языков.
ГЛАВА I.
Я в Париже;
Я начал жить, а не дышать.
Дмитриев Журнал путешественника.
В числе молодых людей, отправленных Петром Великим в чужие края для
приобретения cведений, необходимых государству преобразованному, находился
его крестник, арап Ибрагим. Он обучался в парижском военном училище,
выпущен был капитаном артилерии, отличился в испанской войне, и тяжело
раненый, возвратился в Париж. Император посреди обширных своих трудов не
преставал осведомляться о своем любимце и всегда получал лестные отзывы
насчет его успехов и поведения. Петр был очень им доволен и неоднократно
звал его в Россию, но Ибрагим не торопился. Он отговаривался различными
предлогами, то раною, то желанием усовершенствовать свои познания, то
недостатком в деньгах, и Петр снисходительствовал его просьбам, просил его
заботиться о своем здаровии, благодарил за ревность к учению, и крайне
бережливый в собственных своих расходах, не жалел для него своей казны,
присовокупляя к червонцам отеческие советы и предостерегательные
наставления.
По свидетельству всех исторических записок, ничто не могло сравниться с
вольным легкомыслием, безумством и роскошью французов того времени.
Последние годы царствования Людовика XIV, ознаменованные строгой
набожностию двора, важностию и приличием, не оставили никаких следов.
Герцог Орлеанский, соединяя многие блестящие качества с пороками всякого
рода, к несчастию не имел и тени лицемерия. Оргии Пале-рояля не были тайною
для Парижа; пример был заразителен. На ту пору явился Law; алчность к
деньгам соединилась с жаждою наслаждений и рассеянности; имения исчезали;
нравственность гибла; французы смеялись и рассчитывали, и государство
распадалось под игривые припевы сатирических водевилей.
Между тем, общества представляли картину самую занимательную.
Образованность и потребность веселиться сблизили все состояния. Богатство,
любезность, слава, таланты, самая странность, вс , что подавало пищу
любопытству или обещало удовольствие, было принято с одинаковой
благосклонностью. Литература, Ученость и Философия оставляли тихий свой
кабинет и являлись в кругу большого света угождать моде, управляя ее
мнениями. Женщины царствовали, но уже не требовали обожания. Поверхностная
вежливость заменила глубокое почтение. Проказы герцога Ришелье, Алкивиада
новейших Афин, принадлежат истории и дают понятие о нравах сего времени.
Temps fortunй, marquй par la licence,
Oщ la folie, agitant son grelot,
D'un pied lйger parcourt toute la France,
Oщ nul mortel ne daigne кtre dйvot,
Oщ l'on fait tout exceptй pйnitence.
Появление Ибрагима, его наружность, образованность и природный ум
возбудили в Париже общее внимание. Все дамы желали видеть у себя le Nиgre
du czar и ловили его на перехват; регент приглашал его не раз на свои
веселые вечера; он присутствовал на ужинах, одушевленных молодостию Аруэта
и старостию Шолье, разговорами Монтеские и Фонтенеля; не пропускал ни
одного бала, ни одного праздника, ни одного первого представления, и
предавался общему вихрю со всею пылкостию своих лет и своей породы. Но
мысль променять это рассеяние, эти блестящие забавы на суровую простоту
Петербургского двора не одна ужасала Ибрагима. Другие сильнейшие узы
привязывали его к Парижу. Молодой африканец любил.
Графиня D., уже не в первом цвете лет, славилась еще своею красотою. 17
лет, при выходе ее из мона



Назад