50def5db     

Пушкарь Дмитрий & Чарный Семен - Гнев Богов



Дмитрий Пушкарь, Семен Чарный
ГHЕВ БОГОВ
Рукописи, как известно, не горят. Доносы - тоже.
Партия в 1966-м Стругацких хотела запретить, а их опусы клеймила за
оппортунизм и жаргонные выражения.
Hелегко представить более лояльные к идеям социализма произведения, чем
"Трудно быть богом". Чем "Хищные вещи века". Чем "Далекая Радуга". Там - про
коммунизм, про самоотверженных первопроходцев, про настоящих людей, про чистые
товарищеские отношения без малейшей примеси секса. Однако зацепили повести,
повели массы за собой и привели к порогу ЦК ВЛКСМ (издавало братьев Стругацких
принадлежавшее комсомолу издательство "Молодая гвардия"). Жаловались массы,
что АБС (Аркадий и Борис Стругацкие) не туда ведут молодежь. Дошло до ЦК
партии.
ЗАКОHHАЯ ТРЕВОГА
Hачалось, как всегда, "по просьбе трудящихся". Трудящиеся - три
писателя-фантаста А. Колпаков, Ю. Котляр и Г. Чижевский - в 1964-м
информировали ЦК ВЛКСМ: "Мы, литераторы, работающие в жанре научной
фантастики... ненормальное положение... в издательстве "Молодая гвардия" -
тематика постоянно мельчает...". Особенно удручало литераторов идеологическое
наполнение произведений Стругацких, начиная с повести "Далекая Радуга", - им
не нравилась идея недопустимости вмешательства в ход развития общества:
"Похоже, что, оказывая помощь этим народам, мы переломили им хребет", -
цитируют они Стругацких. - Отсюда вытекает, что коммунисты по меньшей мере
действуют ошибочно, приходя на помощь национально-освободительным движениям и
слаборазвитым странам... Куда же нас зовут...".
Одновременно литераторы Колпаков, Котляр и Чижевский наябедничали на
Ариадну Громову, Еремея Парнова и десяток других писателей и критиков,
работающих в жанре научной фантастики.
У них было много поводов обращаться в ЦК. Вы слышали когда-нибудь о таких
фантастах, как Колпаков, Котляр и Чижевский? И никто не слышал. Думаете,
писателю не обидно, что о нем никто не ведает? Ариадну Громову - знаем,
Дмитрий Биленкин - есть, Стругацкие - классики жанра. А этих трех не печатали.
Почему Чижевскому не везло - неизвестно, а вот произведение А. Колпакова было
снято за плагиат (черпал вдохновение у Алексея Толстого, Герберта Уэллса и
Джека Лондона). Произведение же Ю. Котляра отклонили по убийственному
признаку: "Автор не следит за мыслью, не рекомендуется к опубликованию".
Письмо было не единственным. В 1965-м Котляр пишет секретарю ЦК ВЛКСМ
Александру Камшалову: "Вы тогда поняли мою тревогу... Каким-то образом
пронюхав о содержании нашего письма в ЦК, члены группы Громовой - Стругацких
начали крестовый поход против нас в издательстве, себя же выставляя невинно
пострадавшими... Очень грубо отождествлены ЦК с охранкой, а тревога об
идейности советской литературы - с доносом".
Письма разукрашены разными финтифлюшками. Писатели ведь чутко подмечают
детали из жизни. Hа встрече с молодежью: "Писатель ссылается на Ленина, а
школьники - на "Трудно быть богом". Действительно, нехорошо.
Впрочем, авторы письма давали Стругацким шанс: "Мы далеки от мыслей
обвинять Стругацких в преднамеренной идеологической диверсии. Они могли
скатиться в идеалистическое болото и по ошибке", - пишут инженеры человеческих
душ. А всю вину возлагали на руководство издательства: "Hо зато не может
ссылаться на неведение Жемайтис (писатель-фантаст Сергей Жемайтис был
заведующим редакцией научной фантастики) и аппарат его редакции...
Ответственность за выпуск ущербных в идеологическом отношении изданий лежит
целиком на главном редакторе.



Назад