50def5db     

Пучков Лев - Тигр В Камуфляже (Охотник За Черепами)



ЛЕВ ПУЧКОВ
ТИГР В КАМУФЛЯЖЕ (ОХОТНИК ЗА ЧЕРЕПАМИ)
Такие, как он, в плен просто так не сдаются. И если сейчас
командир группы спецназа Иван Андреев гремит кандалами в хибаре где-то в горах
Кавказа, значит, так надо. Словно тигр в клетке, ходит он из угла в угол под
неусыпным надзором "индейцев", а проще - бандитов-горцев. Он еще не знает, что
впереди у него испытания пострашнее плена и противники, по сравнению с которыми
"индейцы" - просто дети. Но пока медленно течет время и все туже сжимается
пружина, чтобы в нужный момент развернуться с сокрушительной силой.
ЧАСТЬ 1
В ПРАВЕ НА ПАМЯТЬ - ОТКАЗАТЬ
ПРОЛОГ
- Обба-ба-утта. Ваа-хикка-алк-утта! Обба-ба... - негромко
причитает шаман, макая метелку из сухих трав в грязную кастрюлю и опрыскивая
пространство вокруг себя какой-то пахучей жидкостью. Раздаются едва слышимые
удары бубна - раб Васька, сидя в углу хижины, ритмично постукивает рассохшейся
оленьей кожей по коленке и затуманенным взглядом ловит каждое движение хозяина,
боясь упустить момент, когда потребуется лупить изо всей силы. Пока же
стараться особо не следует - идет подготовка к обряду, а значит, нужно лишь
обозначать ритм, чтобы хозяин мог соответствующим образом настроиться на
ритуальный транс.
Посреди хижины располагается очаг, выложенный из грубых камней
прямо на земляном полу, - сейчас он под завязку забит свежими сосновыми
поленьями, щедро присыпанными сверху смолистыми ветками и сушеными травами.
Васька зажег огонь минут пять назад - сырые деревяшки не успели еще заняться
как следует и страшно чадят. Едкий белый дым, смешиваясь с пахучим фимиамом
тлеющих трав и сосновых веток, нехотя возносится к прокопченному деревянному
потолку, расплывается кудлатым облаком, которое неспешно ползет к приотворенной
входной двери. Трубы в хижине нет - и не потому, что это слишком большая
роскошь по здешним меркам. Для великого шамана всея Подкаменной, Нижней и
Верхней Тунгуски поставить нормальную печку не проблема - денег хватит. Дело
тут в другом. Сибирские таежные духи не любят печных труб - об этом с детства
знает каждый тунгус. И хотя топить хижину по-черному очень неудобно и
непрактично, шаман Тутол давно смирился с этим недостатком. Негоже служителю
культа нарушать основные заповеди матери-тайги - не ровен час, обидятся духи и
накажут отступника в назидание остальным чалдонам: не балуйте, ребята! Так что,
пусть себе чадит очаг - хуже от этого никому не будет...
Полагаю, стоит на секунду прервать повествование и внести
кое-какие коррективы - дабы с самых первых абзацев впечатлительные читатели не
впадали в заблуждение и не путались в пространственно-временном континууме. На
дворе стоит вторая половина последнего десятилетия двадцатого века. Последние
годочки - вот-вот, и двадцать первый грянет. Помимо второй половины, на дворе
стоит март месяц, не по-весеннему студеный и неласковый - зима старая косматая
сволочь, не спешит сдаваться. А еще на дворе стоит - если выглянуть из
маленького оконца кладовки, как раз видно - снегоход "Ямаха-3000", сверкающий
под холодными лучами утреннего солнца ярко-желтыми боками и дымчатыми бликами
тонированных стекол. На этом снегоходе полчаса назад прикатили в гости к Тутолу
четверо с Большой земли - о-о-очень важные люди! Вернее сказать, не в гости, а
по делу - проблемка у них, как раз из тех, что может разрешить только один
Тутол. А еще вернее будет сказать, что прикатили трое. Четвертого они привезли
с собой в стреноженном виде: он-то как раз и есть та



Назад