50def5db     

Пучков Лев - Сыч - Птица Ночная (Кровник - 4)



Лев Пучков
Сыч - птица ночная
Анонс
У него есть могила и даже памятник над ней. Но Сыч - жив. В этом
убеждаются Марат и его быки - в коротком и жестоком бою Сыч положил их всех до
единого. Его злейший враг - Зелимхан назначает за голову Сыча награду в два
миллиона долларов. А за такую сумму и мать родную можно продать, не то что
брата по крови. И Сыча предают. Сможет ли Сыч и на этот раз избежать могилы?
Часть первая
Глава 1
"...Снег падает на кровь, белые иголочки..." - необычайно пакостным
тенорком дребезжит кто-то из глубины подсознания. Настырно этак дребезжит, не
спрашивая у меня разрешения. А я не возмущаюсь - не придаю особого значения,
потому как мне сейчас недосуг бороться с нежелательными астралами какого бы то
ни было окраса.
Я сосредоточенно соображаю. Жить, знаете ли, хочу. И не в светлой памяти
близких, а в реальности - сейчас и далее, до счастливой смерти от старости. От
того, насколько продуктивно в течение этих нескольких десятков секунд я
соображаю, будет зависеть - жить мне дальше или навсегда остаться в этой
простуженной хибаре с полуразрушенными оконными проемами, частично
сохранившейся крышей и земляным полом. Поэтому не борюсь - пусть наведенный
космический контур покуражится. Может быть, недолго уже осталось...
"...Кровь падает на снег, завтра будет елочка..." - продолжает
бесчинствовать неуправляемая частица моего негодяйского Я, так некстати
вынырнувшая в этот неурочный час откуда-то из недр перегруженного правого
полушария. Нет, насчет снега и крови - еще куда ни шло. Органы чувств адекватно
воспринимают действительность: ноздри втягивают аромат свежей крови, которой в
избушке и рядом - как в убойном цеху; глаза с тоской наблюдают, как мглистое
небо неспешно посыпает оттепельную хлябь снежком; многострадальная жопа
чувствует - конец ноября, последний взбрык уходящей осени, кругом отъявленные
мерзавцы, пора заворачивать ласты. Тут все понятно - ассоциативный ряд... Но
елочка?! Какая, в задницу, елочка?! До Нового года - целый месяц! Вокруг
избушки - в трех секторах - подковообразная опушка лиственного леса. В
четвертом секторе - вид из дверного проема - толстый слой жирной грязи на
ровном как стол, пустыре. По слою с трудом вытанцовывает правая рука
бандитского авторитета - перемещается от симпатичного нерусского внедорожника в
моем направлении, общаться желает, сволочь. "Погоняло" у правой руки - Калина.
Как видите, хвоей тут и отдаленно не пахнет - в радиусе действия
малогабаритного ядерного фугаса. Так почему - елочка?!
"...Мы вышли из игры, мы смертельно ранены..." - не унимается вреднючий
астрал. Надо будет, если посчастливится остаться в живых, углубленно заняться
тайцзи-цюань. Психорегуляция - из рук вон. Этак недолго и до цветных глюков.
Интересно - Калина, плывущий ко мне по грязи, - это взаправду или глюк? Ни разу
в жизни не видел, чтобы бандит такого ранга добровольно месил грязь, да еще
будучи облаченным в клубный пиджак и парадные туфли по пятьсот баксов за пару.
Может, спросить:
Калина, ты как? В смысле, глюк или где? Нет, пока не стоит. Пока он
далеко. Подойдет поближе, тогда...
Вообще-то "Агату Кристи" я никогда особенно не жаловал. У меня в отряде -
когда еще Родине служил - был один парниша, припадавший на психоделические
прибабахи. Как-то мы две недели валяли дурака в одном из горных сел - по случаю
распутицы работы не было, "духи"1 отгул взяли. Из средств досуга имелся
струфозный магнитофон и единственная кассета - с одной стороны "Декаданс



Назад